Сериал «Государь» — словно ожившая поэма о другом времени, о великом и жестоком пути, который предстоит пройти одному человеку, с твердым сердцем и непоколебимой волей, чтобы Россия засияла новой звездой, чтобы стать державой, способной плыть против ветра Европы, против морских бурь и междоусобий. Здесь, словно в сердце баллады, раскрываются тайны дворцовых интриг, кровавых загово-оваров и личных драм, переплетающихся с судьбой нации, будто песчинки в песке истории, что не дает забыться. Так вот, в этом сериале ярко запечатлены страсти, страдания и победы, мятежные души и подмостки власти, где блистает Петр Первый — правитель, чья воля жестка, а сердце неукротимо, будто добыча в бушующем море. Тут есть моменты, когда солнце садится за горизонтом в дворцовом зале, и тень падает на лица, полные решимости, словно тени забытых врагов, скрывающих за собой тысячи тайн. Итак, в каждом эпизоде — борьба за модернизацию, за просветление, за будущее, где кровь и пот сливаются, образуя мощную речку реформ и перемен, многих не забытых в истории. Вот, как будто оживают картины из прошлого, где флаги развеваются на ветру, а корабли плещутся в заливе, символы могущества и гордости. Так вот, создатели не жалеют деталей — ощущение эпохи, костюмы, музыка — всё словно ожившее полотно, наполненное духом эпохи, что не хочет уступать слабоумным предрассудкам. Ну и настойчиво видно, как из морской пучины всплывают образы борьбы, страстных запросов и политических игр, будто за каждой сценой стоит неумолимый голос времени. В этом сериале есть не только кровь и битвы, но и философский взгляд на власть, её цену и цену человечности, будто мадригал из исторических строк. И, наконец, сердце зрителя замирает, потому что смотрит он на человека, который не остановится, пока Россия не станет великой — пути его тернист, а жертвы многочисленны, как звезды в небе. В каждом кадре ощущается дыхание эпохи, напряжение и торжество, драматизм и вдохновение, словно великое произведение поэзии, написанное судьбой. Так вот, сериал «Государь» — как памятник командиру, манящему вперед, как гимн свободы и власти, что никогда не сломит ни врагов, ни своих собственных сомнений.